Но побуждаемые братской

Но побуждаемые братской любовью и из жалости к христианскому народу мы не хотели его истребить; как прежде, так и теперь мы убеждали предоставить каждому свое право. Он не хотел, однако, подчиниться Божескому приговору и продолжал враждовать против меня и моего брата и опустошать наши земли огнем, грабежом и убийством. Потому мы, доведенные наконец до крайности, сошлись вместе и определили в вашем присутствии произнести клятву, чтобы вы не могли сомневаться в нашей верности и братской любви. И все это мы делаем, руководимые не беззаконными страстями, но желанием, если Бог пошлет нам мир и спокойствие, обеспечить благосостояние нашего государства. Если же я – чего упаси Боже – попытаюсь нарушить клятву, данную мной брату, то каждый из вас освобождается от повиновения и присяги, которую вы мне дали».